Наши тела постоянно сбрасывают материал. Будь то слизь, которая покрывает и защищает внутреннюю часть носа. Или отходы, которые мы смываем в унитаз. Или 20 000 выдохов, которые мы делаем каждый день.
Самое смешное не в том, что мы сбрасываем этот материал, а в том, сколько усилий мы часто прикладываем. Чтобы притворяться, что этого не делаем. Мы кашляем в локти, распыляем освежитель воздуха в ванной и отворачиваем голову, чтобы поплакать. Но эти материалы имеют основополагающее значение для того, кем мы являемся, и как личности, и как вид.
Цивилизация начинается с утилизации отходов
Если бы вы могли вернуться на четыре тысячи лет назад в область между реками Тигр и Евфрат, на территории современного Ирака, вы бы обнаружили некоторые из крупнейших человеческих поселений, которые когда-либо видела Земля.
Десятки тысяч людей жили и работали в непосредственной близости. Они жили в глинобитных строениях, ездили на колесницах, играли на лирах с головой быка и поклонялись богам с именами вроде Ан и Нинхурсаг. Они жили в том, что тогда было относительно новыми изобретениями: городах.
Эти города, с их специализацией труда, позволили человеческой цивилизации расцвести. Хотя мы часто думаем о цивилизации с точки зрения ее интеллектуальных достижений – театра, религии или письма. Эти города опирались на что-то гораздо менее интеллектуальное.
Если вы раскопаете руины древнего Шумера, то обнаружите некоторые из самых первых туалетов. Эти системы утилизации отходов не имели ничего общего с супермагистралями. Которые теперь ежедневно переправляют и обрабатывают коллективные стоки нескольких миллионов человек в городах. Но они все равно раскрывают нечто существенное о человеческой цивилизации.
Цивилизация всегда заключалась, на самом базовом уровне, в коллективном обращении с тем, что выходит из тела каждого человека.
Тело – это политика.
Канализационные системы – самый очевидный пример того, как мы уступаем часть своей телесной автономии, чтобы сосуществовать в обществе.
Каждый раз, когда мы дышим, плачем или мочимся, мы договариваемся о неудобном и иногда несостоятельном перемирии между нашими телами и обществом. Наша жизнь регулируется множеством законов, общественных норм, суеверий и заблуждений о наших телесных материалах.
Мы испытали это на себе в разгар пандемии COVID-19. Если вы возьмете мазок со щеки и отправите его в компанию для расшифровки вашей ДНК, кому принадлежит эта информация?
Когда ваши отходы попадают в общественную канализацию, чьей собственностью они являются? Это не философские дилеммы; это реальные юридические вопросы. То, как мы выбираем признавать и принимать проницаемость человеческого тела, во многом определит, как мы будем развиваться как общество.
Ты – то, что ты выделяешь.
Одна из причин, по которой мы так чувствительны к выделениям нашего тела, заключается в том, что они многое говорят о том, кто мы и каковы.
Врачи оценивают образцы кала с помощью Бристольской шкалы. Чтобы определить состояние здоровья желудочно-кишечного тракта пациента. А анализ цервикальной слизи беременной женщины используется для оценки вероятности выкидыша.
Сама лабораторная медицина началась с изучения мочи. А анализ мочи остается основным элементом многих врачебных приемов. Даже частота мочеиспускания может рассказать вам о человеке.
Возможно, самым известным и повсеместным применением анализа мочи является тест на беременность. Хотя сейчас мы знаем его в виде пластиковых палочек, продающихся в каждой аптеке, еще в 1970-х годах процесс был странным. Он включал жабу.
Если женщина хотела узнать, беременна ли она, она шла к врачу и сдавала образец мочи. Затем образец вводили жабе Xenopus, а жабу помещали в банку. На следующий день банку проверяли. Если жаба откладывала яйца, пациентка была беременна.
Мы более взаимосвязаны, чем думаем
Мы производим значительное количество слизи, примерно 4,5 литра в день. Она покрывает наши носовые ходы, глаза, легкие и пищеварительный тракт. И это не просто фильтр, который не дает микробам и загрязняющим веществам проникнуть в наш организм. Ее основная задача, похоже, заключается не столько в том, чтобы не допустить попадания чего-либо наружу, сколько в том, чтобы удерживать их внутри.
Ученые в лаборатории слизи обнаружили, что слизь не играет роль вышибалы, а скорее метрдотеля. Она является домом для одного из самых плотных экологических сообществ, когда-либо документированных. Человеческого микробиома, живой колонии дико разнообразных микробов, насчитывающей тысячи видов.
Это сообщество микробов помогает осуществлять пищеварение, создает запахи, которые мы считаем своими собственными. И в целом подрывает идею тела как простой, единой вещи.
Как будто этого недостаточно, мы постоянно обмениваемся этими микроорганизмами друг с другом. И это связывая нас способами, которые мы не можем увидеть, не говоря уже о том, чтобы концептуализировать.
Нам бы не помешало помнить, что неважно, насколько высоко мы строим наши небоскребы или как далеко мы заглядываем в космос, у нас всегда есть что-то общее.
